Вторник, 2021-05-18, 08.03
Приветствую Вас Бродяга | RSS

ХС-2, Глава 12-15


Глава 12. Сказать правду



Я - глупый, беспечный солнечный зайчик,
попавший случайно в чье-то окно.
Я плачу от счастья, смеюсь без причины.
(Флер «Карусель»)


Повсюду слышались оживленные голоса, где-то играла нежная и мелодичная музыка. Мимо меня проносились кружащиеся в вальсе пары, пестревшие нарядными мантиями и украшениями. Порой откуда-то доносился лучше просто приглушенный женский смех, звон бокалов и разговоры мужчин о каких-то политических делах. В этом зале жизнь била ключом, а я, казалось, находилась в другой вселенной и наблюдала за всем происходящим как будто бы сквозь хрустальный шар. Было трудно поверить, что я нахожусь там же, где происходит все это веселье, и в любой момент могу к нему присоединиться. Но мне совершенно не хотелось вставать и идти в гущу танцующих пар, пить шампанское и выслушивать лестные комплименты светских дам, которые, сверкая золотом и бриллиантами, то и дело одаривали окружающих фальшивыми улыбками, а за спиной критиковали ту или иную мантию и мысленно подсчитывали, сколько же мужчин сегодня соизволили пригласить их на танец. Это было так мерзко и гадко, что от одной мысли, что я могу запросто стать такой же, хотелось убежать как можно дальше от Логова.
Да и вообще, я сейчас с удовольствием посидела бы у камина в Малфой-Меноре и полистала какую-нибудь книгу по Темной Магии. В последние дни, если у меня появлялось свободное время, я тут же бежала в библиотеку Малфоев и садилась за книги. Во-первых, мне хотелось как можно больше выучить для занятий с Темным Лордом, а во-вторых, находиться в доме сестры и не зайти в библиотеку было бы, по крайней мере, очень глупо. Ведь библиотека Малфоев, которую собирали столетиями, поистине считалась одной из самых крупных частных библиотек Британии. Неудивительно, что сам Темный Лорд заимствовал у Люциуса некоторые фолианты, что считалось необыкновенной честью.
Что касается моих занятий с Лордом, то на следующий день после того инцидента они продолжились, как ни в чем не бывало. Казалось, то, что произошло, мне просто привиделось, хотя закрыть свое сознание мне все так же не удавалось, что очень злило Темного Лорда.
Сейчас же я сидела в углу зала собраний в Логове и наблюдала, как все остальные Пожиратели Смерти празднуют Хэллоуин. Еще со школьных лет День Всех Святых много значил для меня, и в этот праздник я всегда почему-то ждала чего-то необыкновенного. Возможно, это были всего лишь отблески прошлого, ведь когда-то Хэллоуин стал для меня одним из самых счастливых дней в жизни, и с тех пор я продолжала ждать какого-то необъяснимого чуда. Ведь ровно тринадцать лет назад Том Риддл открылся мне, а я тогда еще не могла поверить, что это все происходит на самом деле. Какой же глупой я была! Когда счастье было у меня в руках, я этого не осознавала, а когда стало слишком поздно, то, наконец, поняла, что у меня было то, что большинство людей ищут всю жизнь и не находят.
Я всмотрелась в толпу, ища глазами одну-единственную фигуру, которая могла появиться в любую секунду и так же быстро исчезнуть. Где-то полчаса назад я видела, как промелькнула его мантия, как он направлялся в сторону террасы. Потом же, вернувшись оттуда, Темный Лорд просто растворился в толпе, словно его здесь никогда и не было. Но мне почему-то казалось, что скоро он может снова появиться.
Но вот только чего я ждала, хотела? Было так глупо сознавать, что я все еще надеюсь вернуть хотя бы часть того, что было прежде. Но что, если случится чудо?.. Если честно, я себя не узнавала, ведь даже в детстве не верила в сказки.
Заиграла очередная медленная музыка, ко мне чуть ли не по очереди принялись подходить люди, дабы пригласить на танец. Я, конечно же, всем отказывала с самым равнодушным видом, который только могла себе придать.
Мой взгляд переметнулся в противоположный конец зала, и я тут же заметила Рудольфуса. Он так же, как и я, сидел в одиночестве. Несмотря на то, что он был далеко от меня, я почти сразу поняла, что выглядит он устало и, кажется, очень пьян. Интересно, он бывает в последнее время трезв? Ведь с недавних пор не прекращались разговоры о его выходках в нетрезвом виде и том, что он стал до такой степени наглым, что вряд ли Темный Лорд станет и впредь терпеть его хамство.
Наверное, мне стоило подойти к нему, поговорить, утешить. Даже не буду отрицать, что мне этого хотелось. Он казался таким родным и своим… Но, вместо этого, я просто перевела взгляд в другую сторону. Всего в нескольких шагах от меня танцевали Нарцисса и Рабастан, и мне на какой-то миг показалось, что он прижимает ее к себе несколько сильнее, чем это позволяет этикет. Хотя, какая мне разница? Наверное, мне это просто почудилось, ведь Нарцисса, конечно, не допустила бы слишком вольного поведения Лестрейнджа-младшего.
- Белла? – вдруг прямо над моим ухом раздался голос, почувствовался резкий запах огневиски. Я подскочила от неожиданности, но буквально через миг смогла взять себя в руки.
- Что тебе нужно, Руди? – устало спросила я, смотря куда-то в сторону, надеясь, что так и не встречусь с ним взглядом. На душе вдруг стало так тоскливо и пусто, что с губ чуть не сорвался стон. Ну что же со мной происходит? Почему присутствие Рудольфуса так на меня действует?
- Я… Просто хотел поговорить с тобой, - произнес он заплетающимся языком. Я увидела краем глаза, как он пошатнулся и, чтобы не упасть, схватился рукой за спинку дивана, на котором я сидела.
- Ты пьян вдребезги, иди лучше домой и проспись, - со вздохом сказала я, вставая с дивана. Я больше не могла находиться в его обществе, казалось, что от этого можно сойти с ума.
С этими словами я направилась в противоположный конец зала и устроилась там на диване, надеясь, что у Руди не будет сил до меня добраться. Наверное, так и было, так как ближайшие минут пятнадцать меня никто не трогал. Я снова сидела в гордом одиночестве и наблюдала за танцующими парами, снова высматривала его силуэт, снова тешила себя непонятными надеждами.
Среди толпы мне удалось разглядеть Нарциссу в серебристой шелковой мантии. Сестра приближалась ко мне, осторожно расталкивая людей. Вид у нее был необычайно возбужденный и, можно сказать, очень довольный, на щеках появился здоровый румянец, а на губах играла довольная улыбка. Как же все-таки легко было быть Нарциссой Малфой – никогда ни о чем не печалиться и получать удовольствие от самого обычного бала, радоваться танцам и музыке и все это делать неотъемлемой частью своей жизни.
Цисси молча села рядом со мной и пристально посмотрела мне в лицо. Ее глаза вмиг стали серьезными, появилось странное задумчивое выражение.
- Что хотел Руди? – поинтересовалась она. – Я видела, вы разговаривали…
В ответ я лишь пожала плечами.
- Понятия не имею, - сказала я. – Напился и, видимо, от нечего делать решил позаигрывать.
- Белла, не говори глупостей, - теперь в голосе Цисси послышалась непривычная для нее твердость. – Ты прекрасно знаешь, почему он начал пить и почему подошел к тебе. Вот только ты ведешь себя неправильно.
- Ты хочешь об этом поговорить? – спросила я, и, как мне показалось, мой голос прозвучал слишком резко.
- Я просто хочу сказать тебе, что твое поведение смешно и напоминает детские капризы! – воскликнула Нарцисса. – Ты ведь давно простила его, просто считаешь себя слишком гордой и портишь жизнь как Руди, так и себе…
Она вздохнула и отвела взгляд. Я откинулась на спинку дивана, упорно делая вид, что не замечаю сестру.
- Ведь если любишь, то можешь простить все, что угодно, - прошептала она, и мне показалось, что она не обращалась ко мне, а просто мыслила вслух. – Глупо прятаться от чувств, если они настоящие, и неважно, что было раньше. Если проходит много времени, то становится важно только то, что сейчас, а не то, что было раньше. Может, просто стоит сделать шаг вперед, подтолкнуть его, а потом все пойдет само собой… Просто нужно признавать правду и не бояться ее сказать.
«…признавать правду и не бояться ее сказать». Последние слова Нарциссы, казалось, врезались в мою память, и теперь я вновь и вновь повторяла их про себя. Не бояться сказать правду… Возможно, это мне поможет? Просто сказать правду, а потом будь, что будет.
- Иди к нему, Белла, он же так давно ждет тебя, - снова послышался голос Нарциссы.
Я посмотрела на сестру так, словно она только что открыла для меня разгадку самой запутанной головоломки.
- Ты права… - прошептала я. – Я пойду к нему, прямо сейчас… Спасибо тебе…
Больше ничего не сказав, я вскочила с дивана, и, расталкивая танцующие пары, побежала в сторону лестницы. Какой же я была глупой, почему не додумалась до этого сразу? Просто сказать правду, ведь от этого я ничего не потеряю, у меня и так ничего нет. Ведь варианта всего два: либо все закончится моей смертью, либо моя жизнь станет сказкой. Но вот только как подобрать слова? Получится ли у меня?
Сердце билось так сильно, словно намеревалось вот-вот выпрыгнуть из груди, ноги едва слушались, но, тем не менее, я шла вперед, думая только о том, чтобы поскорее увидеть его. Мне почему-то казалось, что логичнее всего было искать его в кабинете, вряд ли бы Темный Лорд задержался на балу. Наверное, как обычно, занят составлением очередного плана по завоеванию Магической Британии. Представив его сидящим за столом, сосредоточенно нахмурившегося и водящего пером по пергаменту, я улыбнулась. Я знала, что в те моменты, когда он погружался в свои размышления, для него больше ничего не существовало. Раньше я даже обижалась на Тома за это, но очень скоро поняла, что что он неисправим, и когда он в очередной раз о чем-то глубоко задумывался, я просто смотрела на него и любовалась.
А вдруг сейчас действительно в моих силах все вернуть?
Я подошла к его кабинету, дверь которого, к моему удивлению, была приоткрыта. Обычно Темный Лорд ее закрывал. Я подошла к двери и тихонько, не стуча, приоткрыла ее чуть шире. В тот миг я услышала странный звук – то ли стон, то ли вскрик. По моему телу прошла дрожь, стало не по себе. Я шагнула вперед и заглянула в комнату. Сделав это, я пожалела о том, что вообще родилась на свет. Как же я могла быть такой наивной и глупой?! Как могла позволить себе мысли о том, что смогу просто с ним поговорить?!
Перед моими глазами предстала картина, которую я, наверное, никогда не смогу выбросить из головы, которая будет преследовать меня до конца жизни в самых страшных кошмарах. На столе лежала темноволосая полуобнаженная женщина, а над ней навис Темный Лорд. Она прикрыла глаза и стонала, он же молчал, а его лицо ничего не выражало. Но мне было уже плевать на все.
Я мгновенно отпрянула от двери и побежала прочь, подальше от этого проклятого кабинета, от него, от этих стонов. Какая же я дура! Снова предаюсь никому не нужным, глупым мечтам, а он развлекается со всякими шлюхами. А ведь я так надеялась…
Поняв, что больше не в силах бежать, я остановилась и тут же, прислонившись спиной к стене, присела на корточки. Из глаз полились слезы, и я не стала их сдерживать, давая волю безудержным рыданиям. Казалось, что в сердце вонзилось острое лезвие, и от боли я больше была не в состоянии что-либо сделать, кроме как сидеть здесь и плакать.
А что я ожидала? Что он будет ждать меня до конца жизни? Что за все это время у него никого не было? Я вспомнила лицо этой женщины, и оно показалось мне смутно знакомым. Конечно же, я знала ее. Это была Элизабет Паркинсон, жена одного из Пожирателей Смерти, который часто участвовал в нападениях на маггловские селения и никогда ничем особенным не отличался. Но что Темный Лорд нашел в этой корове Элизабет? Она была низкого роста, круглолицая, плотного телосложения и не намного умнее корнуэльского пикси. Почему именно она, чем я хуже ее?..
«Ты не хуже, - подсказал мне внутренний голос. – Ты ведь помнишь, каким он был прежде: каждый день искал себе новую игрушку на ночь. Возможно, сейчас происходит то же самое?»
Но ведь тогда мы были юны и неопытны, с того момента столько всего изменилось, сейчас он стал совершенно другим. И, тем более, я совершенно не имею никакого права его ревновать, я для него всего лишь очередная Пожирательница Смерти, ничего не примечательная, не считая полной бездарности в леггилименции и окклюменции. Ах, да, еще он меня ненавидит за то предательство. Так почему же ему тогда не спать с теми, с кем захочет? Зачем ему я, если у него есть власть?
Наверное, такова моя судьба – всю жизнь не верить в чудо, а в те моменты, когда оно вдруг происходит, отказываться от него. И ведь во всем виновата лишь я, зачем же тогда так страдать?..



Глава 13. Эмоции и мысли.



Когда ль изведаешь ту боль,
что пыток всех страшнее?
Когда наступит этот час,
не знаешь никогда…


Мне катастрофически не хватало воздуха. Я сделала еще один глубокий вдох, но это не слишком помогло. Сейчас хотелось лишь подбежать к окну, распахнуть его настежь и вдохнуть холодный ноябрьский воздух. Меня останавливало лишь то, что, во-первых, я сомневалась, что это мне поможет, а, во-вторых, это выглядело бы странно. Поэтому приходилось просто стоять напротив Темного Лорда и слушать все то, что он говорит. Хотя, нет, «слушать» - это слишком громко сказано, так как на данный момент я могла лишь смотреть в пол и делать вид, что сосредоточена на объяснениях Лорда. Наверное, подобное поведение вряд ли обернется для меня чем-то хорошим, но в то же время мне было откровенно на это наплевать: ведь большей боли, что я испытывала сейчас, представить было невозможно.
Было так невыносимо стоять напротив него, слышать его голос, смотреть в его лицо. И так хотелось просто расплакаться и убежать из этого кабинета прочь. А Темный Лорд наверняка знал о том, что я чувствую и о чем думаю, и только изредка усмехался, словно происходило что-то забавное. Наверное, ему просто доставляли удовольствие все мои терзания, он воспринимал их как своеобразную месть за все то, что я сделала прежде.
Во мне же на какие-то мгновения просыпалась слепая ярость, хотелось кинуться к нему и высказать все то, что накипело в душе за последние недели.
Я так хорошо помнила, как после того злосчастного бала бродила по вересковым полям, не замечая ни дождя, ни ветра. Смогла лишь только произнести согревающее заклятье, чтобы потом снова не заболеть. А из глаз текли слезы, и казалось, что они никогда не закончатся. Так хотелось умереть, исчезнуть, потерять память… В тот момент я, как никогда, сознавала, что жить больше нет никакого смысла, что я не достойна никакого внимания Темного Лорда, что не достойна Рудольфуса, что моя жизнь просто глупа и бессмысленна.
Но на следующий день я появилась в Логове как ни в чем не бывало, с гордо поднятой головой и привычной надменной улыбкой на губах. И никто, кроме меня, не знал, что творится у меня в душе, что каждый вдох мне дается с огромным трудом, а каждый шаг делается лишь по инерции. Потом было недолгое собрание, очередное задание – налет на маггловскую деревеньку, применение Непростительных проклятий, несколько Черных Меток над домами. Не помню, чтобы когда-либо я была настолько беспощадной, как в тот вечер, никогда в жизни я не накладывала столько Пыточных заклинаний и никогда не получала от этого столько удовольствия. Все, кого угораздило оказаться в радиусе нескольких футов от меня, как минимум сделались калеками на всю жизнь. Я же никак не могла остановиться, выплескивая свою ярость на всех, кого видела. Один раз чуть не досталось Роквуду, и спасло его только чудо.
- Ну ты даешь, Белла, - пробормотал он, вытирая кровь с поцарапанной щеки. – Теперь точно могу сказать, кто из нас всех больше ненавидит магглов.
В ответ я лишь усмехнулась. Нет, на магглов мне откровенно плевать, а больше всего на свете я ненавижу себя – за свою глупость и беспечность. Возможно, когда-нибудь я хоть немного поумнею, а в тот момент я могла лишь безжалостно пытать ни в чем не повинных людей. Хотя, возможно, хоть это Темный Лорд оценит.
В тот же вечер, едва успев очиститься от крови, я отправилась в кабинет Темного Лорда, где он уже ждал меня, расхаживая взад-вперед перед камином. Как только я отворила дверь, он резко обернулся, а на его губах появилась холодная, глумливая усмешка, но глаза оставались серьезными и внимательными. В тот миг мне стало понятно – ему все известно, он знал, что я все видела, и теперь наслаждается моими страданиями. Но почему? Неужели, по его мнению, я не настрадалась? Неужели теперь так будет всегда?
В какой-то миг я поняла, что с меня хватит. Надоело мучиться, надоело жить непонятными надеждами, но вот только как все изменить?
Я подняла голову и посмотрела на Темного Лорда, и в моем взгляде читалось отчаяние, решимость, желание что-то сделать, а не стоять на месте.
- Белла, сосредоточься, - строго произнес Темный Лорд. Его голос был тверд, но в нем не чувствовалось ни гнева, ни раздражения.
С одной стороны, от этого становилось несколько легче, с другой же – это настораживало.
- Не заставляй меня думать о том, что я с тобой попросту теряю время, ты знаешь, что для тебя это ничем хорошим не обернется, - сказал Темный Лорд. – Постарайся очистить все свои мысли, ни о чем не думай, кроме того, что хочешь вытолкнуть меня из своего сознания. Приступаем. Леггилименс!
С этими словами он направил волшебную палочку на мою голову. Я тут же напряглась, зная, что через несколько секунд почувствую невыносимую головную боль, возможно, потеряю сознание. Но в следующий миг во мне снова начала подниматься волна злобы, и я не могла ее больше сдерживать, казалось, что она вот-вот выплеснется наружу и от этого может произойти что угодно. Почему это вдруг я никак не могу поставить блок? С какой стати Темный Лорд должен считать меня ничтожеством, если я не такая? Ведь я изучила столько книг по Темной Магии, а в Хогвартсе была одной из лучших учениц выпуска! В конце концов, я – Блек, а Блеки не сдаются ни перед чем и ни перед кем, будь то Темный Лорд или кто-либо другой. И почему я вдруг не могу поставить простейший мысленный блок?
Собрав все свои силы, я сосредоточилась на том, что, если я захочу, то могу добиться всего, чего угодно, и рано или поздно докажу Темному Лорду, чего стою.
В глазах потемнело, закружилась голова, ноги словно стали ватными, и, чтобы не упасть, я схватилась рукой за край стола. Вторая же рука уже по привычке потянулась в карман за волшебной палочкой…
То, что происходило в следующие минуты, я помню очень смутно. Могу сказать лишь , что я злилась настолько сильно, что от этого едва понимала, что вообще происходит вокруг. Кажется, прошептала какое-то заклинание, потом услышала, как Темный Лорд пытается мне что-то сказать, но я уже не обращала на это внимания. Казалось, что я больше ничего не могла ощущать и воспринимать, кроме собственной ярости и боли. От этого хотелось кричать, но я не могла издать и звука, а просто стояла, как вкопанная на том же месте, совершенно не понимая, что происходит.
И вдруг я услышала глухой стук, словно кто-то упал, и тут же в моем сознании стали появляться какие-то размытые образы, тени, слышалось множество голосов, звуков. Потом в какой-то момент эти вспышки стали вырисовываться в отдельные картины. Я видела какие-то стеллажи с множеством книг, высокие каменные своды и узкие остроконечные окна, мимо проходили люди в черных мантиях, несли куда-то стопки книг, перешептывались, кто-то садился за один из столов, что стояли возле каждого стеллажа. Казалось, что все это я вижу наяву, но в то же время эти образы двигались так быстро и от этого казались столь размытыми, что я не могла сосредоточиться ни на чем определенном. А потом вдруг я поняла, что сижу за одним из столов, рядом со мной возвышается огромная стопка книг, но мой взгляд направлен куда-то вперед. Я напрягла зрение, всмотрелась… Кажется, я разглядывала какую-то девочку, сидящую за соседним столом. Она склонилась над какой-то большой книгой и сосредоточенно выписывала что-то на пергамент. На вид ей нельзя было дать больше пятнадцати лет, и она была довольно привлекательной. Непослушные черные волосы покрывали плечи и спину, порой падали на лицо, и тогда она, как показалось, с раздражением откидывала их назад. Спустя несколько секунд она вдруг подняла голову и посмотрела в мою сторону. Мне стало не по себе – ведь это была я!
И в следующий миг видение исчезло, и теперь я находилась в какой-то небольшой комнате, обставленной мягкой мебелью с множеством розовых бантиков и рюшек, повсюду были расставлены цветы и статуэтки, пахло сладкими духами. Прямо напротив меня сидела полная женщина в розовой мантии и что-то увлеченно рассказывала, вертя в руках большой кубок, украшенный драгоценными камнями. Я почему-то никак не могла оторвать взгляд от этого предмета.
И вдруг видение слова померкло, и на этот раз я находилась в кабинете Темного Лорда. Вот только теперь прямо передо мной стояла… снова я сама. Волосы растрепанные, на щеках странный румянец, губы шепчут что-то непонятное, а в глазах столько боли, что становится страшно… Неужели теперь я так выгляжу постоянно?
И вдруг я почувствовала резкий толчок в грудь, видение вмиг исчезло, и я снова оказалась на том же месте, где и несколько минут назад, но теперь напротив меня стоял Темный Лорд. Его волосы были взъерошены, мантия примялась, и мне почему-то показалось, что он только что поднялся с пола, а лицо было настолько бледным, что напоминало мраморную статую. На какой-то миг мне показалось, что Милорд разозлился, но он просто пристально посмотрел на меня, немного прищурившись, а после отвернулся и прошел к камину.
- Чтобы быть в состоянии поставить блок, тебе каждый раз нужно будет злиться на весь мир? – ровным голосом произнес Темный Лорд, садясь в кресло. – Или же это можно назвать успехом?
- Я… Значит, это был блок? – спросила я, чувствуя себя полной идиоткой.
- Если бы я не знал, что это произошло спонтанно, то сказал бы, что это был очень сильный блок, - все так же сухо говорил Темный Лорд. Казалось, ему был совершенно безразличен мой внезапный успех в окклюменции.
- Но…что я видела? - осторожно спросила я, боясь разозлить его, а что-то мне подсказывало, что сейчас это сделать очень просто.
- Тебя это не касается, - тут же ответил Темный Лорд, уставившись на огонь в камине.
- Но ведь я видела там себя! – воскликнула я и тут же пожалела об этом.
Волдеморт снова перевел взгляд на меня, и теперь в нем читалось столько ненависти и презрения, что мне захотелось исчезнуть. Стало так холодно, больно, глаза предательски защипало. Ну почему я не могу спокойно находиться с ним один на один, почему тут же начинаю вести себя, как истеричка?
- Я только что сказал, что это не твое дело, - прорычал он. – Урок окончен, ты свободна.
Прежде чем направиться к двери, я еще несколько секунд помедлила, глядя на Темного Лорда. Он же, казалось, совершенно позабыл о том, что я все еще здесь, и, отвернувшись к огню, снова наблюдал за танцующими языками пламени. Как я поняла, ему нравилось это занятие, наверное, оно просто успокаивало и позволяло отвлечься от жизненных проблем. Ведь, наверное, даже Темный Лорд мог порой чувствовать усталость.
Почему-то мне вдруг захотелось остаться здесь, в этой теплой полутемной комнате, внезапно показавшейся мне такой уютной. Вот только вряд ли это бы понравилось Темному Лорду. Я снова бросила на него взгляд – он все так же неподвижно сидел в кресле. Интересно, о чем он задумался? Кстати, ведь несколько минут назад мне каким-то образом удалось увидеть его воспоминания. Видимо, он просто поставил не слишком сильный блок, зная, что я не смогу пробиться даже сквозь незащищенный разум. Вот только он ошибся, мне удалось не только защитить свои мысли, но и пробиться в его. Странно, что я сразу же наткнулась на воспоминания о себе…
Внезапно раздался громкий стук в дверь. Я тут же очнулась от размышлений и поспешила к выходу, а Темный Лорд вскочил с кресла. Не успела я опомниться, как в кабинет влетел Долохов, тяжело дыша и нервно озираясь по сторонам. Его мантия была порвана, волосы взмокли, лицо и руки были испачканы в крови.
- Милорд!.. У нас проблемы! – выпалил он с ходу, едва переступив порог.
- Что случилось? – голос Лорда звучал ровно и спокойно. Он смерил Пожирателя равнодушным взглядом и снова вернулся в кресло.
- Мы были на рейде, и тут… Авроры… Теренс и Стоун мертвы, Уилкис в Азкабане… - принялся тараторить Антонин. – Они застали нас врасплох, никто ничего не мог сделать, Милорд…
- Ты можешь рассказать нормально? – резко перебил его Темный Лорд. – Что произошло?
- Мы только что были на рейде в какой-то маггловской деревне, как вдруг появились авроры. Их было раза в три больше, чем нас, вот они и принялись кидать в нас заклинаниями, в итоге двое погибли – Теренс и Стоун, они защищались, но… Уилкиса забрали в Азкабан, хотят его допросить… Майкнер, Эйвери и Лестрейндж ранены, я не знаю, выжили ли они. Возможно, есть еще жертвы, я не видел… Я сразу к вам, Милорд…
От его слов мне стало не по себе, на несколько мгновений показалось, что время остановилось, а я нахожусь где-то далеко отсюда.
- Что ты сказал? – воскликнула я. – Лестрейндж ранен? Какой из них?
Антонин замолчал и посмотрел на меня. В его взгляде читались усталость, вина и капля испуга. Я замерла, боясь услышать самое ужасное, и не напрасно.
- Рудольфус, - выдохнул Долохов. – Я видел, как в него попало какое-то заклятие, и больше он не двигался. Рабастану удалось вместе с ним бежать, но я не знаю, что с ними… Они должны были вызвать Снейпа…
От этих слов я замерла, расширенными глазами глядя на Долохова. В тот миг мне было плевать на все, что происходило вокруг – на Антонина, на Темного Лорда, на стычку с аврорами, теперь в моих мыслях остался только Руди. Мерлинова борода, какой же он идиот! А ведь я всегда считала, что хорошо его знаю, и совершенно забыла об этом глупом героизме, отчаянном желании показать себя. Ведь нужно было учесть, что Рудольфусу ничего не стоит полезть на рожон, дабы что-то кому-то доказать, а сейчас я была почти уверена, что Рудольфус специально подставил себя под заклятье. Ведь, если учитывать его поведение в последние недели, то он был способен на все, и его ни капли не волновала его собственная жизнь. Какая же я глупая, во всем виновата лишь я. Не уйди я от него, ничего бы не случилось…
Через несколько минут я поняла, что сижу на диване, сжавшись, а Темный Лорд не сводит с меня пристального взгляда. Долохов же продолжал топтаться около дверей, напряженно наблюдая за Лордом. Я поспешила встать и направилась к выходу. Нужно было поскорее найти Рабастана, узнать, как Руди, увидеть его, возможно, чем-то помочь…
Выйдя из кабинета, я снова обернулась и увидела, что Темный Лорд провожает меня взглядом, и на миг мне показалось, что в его глазах промелькнуло разочарование. Хотя, скорее всего, мне показалось, и это был лишь отблеск пламени камина. Потом он, кажется, вздохнул и повернулся к Долохову, чтобы выяснить все подробности происшествия, а я, опустив голову, пошла в сторону лестницы.



Глава 14. Разоблачение



Но зато я так стремительно падаю вверх,
Как будто притяжения нет,
И нет ни законов, ни правил.
Я ничего не знаю о них,
Как будто в детстве не было книг,
И учиться никто не заставил.

(Флер "Искупление")


Ветер дул мне в лицо, безжалостно трепал волосы, а на глаза тут же наворачивались слезы. Я вытирала их тыльной стороной ладони и глубоко вдыхала свежий воздух. Нет, я не плакала, просто у меня были очень чувствительные глаза, а мне нравилось подставлять лицо резким порывам ветра. Вдали постепенно темнел горизонт, и в какие-то моменты мне начинало казаться, что вскоре эта тьма заполонит собой все небо. Тучи сгущались все плотнее и плотнее, готовясь обрушиться на землю очередным дождем, а, возможно, и первым снегом. В этом году ноябрь выдался на удивление теплым, что было необычно для здешнего климата.
Все так же глядя вперед, я шла в неизвестном направлении, даже не понимая, почему брожу по этим полям. Ведь я могла спокойно сидеть в теплой комнате у камина, кутаться в любимый плед и пить горячий шоколад. Но в последнее время я испытала столько волнений, что больше ни минуты не могла находиться в четырех стенах. Меня тянуло на вересковые поля, хотелось часами блуждать по заиндевелой земле, всматриваясь в бесконечную даль, слушать, как завывает ветер, и смотреть на широкие холмы, за которыми скрывался Лестрейндж-Холл. Теперь не было такого дня, чтобы я туда не ходила. С тех пор, как ранили Руди, прошло полторы недели, а он никак не приходил в себя. С помощью зелий, приготовленных Снейпом, без труда удалось заживить его глубокие раны, но потеря крови и травма головы никак не позволяли Руди очнуться. Мы с Рабастаном старались не отходить от моего мужа столько, сколько могли себе это позволить, а то время, что мы проводили на заданиях Темного Лорда, за ним присматривали домовые эльфы. Несмотря ни на что, я ни минуты не переставала думать о Руди, чувствуя себя перед ним виноватой. Ведь, будь я рядом, он никогда в жизни не поставил бы себя под удар. Меня бы не удивило, если бы я узнала, что он вышел на этот рейд в нетрезвом виде. И как можно быть таким безрассудным?
Наверное, мне стоило бы вернуться в Лестрейндж-Холл, чтобы быть с ним, когда он очнется. Возможно, то, что он увидит меня первой, хоть немного смягчит мою вину. А ведь мне так хотелось помочь ему, чтобы ему стало легче. Но опять же, думая о Руди, я вспоминала о Темном Лорде. Он оставался по-прежнему равнодушным ко мне и ко всему, что со мной связано, все так же строго относился ко мне на занятиях и ни разу не похвалил после того, как я несколько раз подряд поставила довольно мощные блоки. В какие-то моменты мне так хотелось, чтобы все вернулось на свои места, стало так, как было еще летом, – чтобы я снова жила в Лестрейндж-Холле с Руди и ни о чем не печалилась. Наверное, только сейчас я стала сознавать, что тогда была счастлива. Пусть не так, как с Томом, но с Рудольфусом было хорошо и надежно, не было ни боли, ни слез. Хотя, скорее всего, больше никогда не будет так, как прежде, но попробовать все вернуть стоило бы.
Небо над головой становилось все темнее и темнее, словно тучи вот-вот должны были обрушиться на голову. Спустя еще несколько минут, пока я блуждающим взглядом изучала небо, начали падать холодные капли дождя. Мне следовало бы поскорее аппарировать в парк Малфой-Менора, но что-то словно заставляло меня стоять посреди пустоши и смотреть в небо. Скорее всего, это была просто моя любовь к плохой погоде и приключениям.
Через некоторое время, когда мои волосы совсем, я нашла в себе силы перенестись в поместье сестры. В тот миг я окончательно решила, что пора вернуться в Лестрейндж-Холл, что с меня хватит блужданий и мое место возле больного мужа. Возможно, в другой ситуации я бы подумала, что это унизительно – присматривать за человеком в бессознательном состоянии, но только не сейчас. Рудольфус слишком много для меня значил, и, как бы я не хотела этого признавать, он очень многое сделал для меня за все те годы, что мы были вместе.
Мне почему-то вспомнился тот день, когда я впервые поняла, как он мне дорог. Возможно, это была глупая, нелепая ситуация, но через какое-то время мы вспоминали о ней со смехом, и после этого на душе становилось тепло. Тогда был один из тех холодных зимних вечеров, когда подземелья Слизерина были полупусты, так как большинство учеников отправилось домой на зимние каникулы, и осталась только наша старая компания – я, Руди, Рабастан, Нарцисса, Люциус, Роквуд, Эйвери, Розье, Керроу и кое-кто еще. Каждый вечер казался нам очередным приключением. Хотя все приключения как начинались, так и заканчивались распитием огневиски, тем не менее, всегда было, что вспомнить. Помню, как мы в очередной раз опустошили несколько бутылок запрещенного в школе напитка, долго смеялись из-за всяких пустяков; в камине ярко горел огонь, меня обнимали чьи-то сильные руки, и впервые за долгое время мне было тепло и спокойно. В какой-то момент я поняла, что руки принадлежат Рудольфусу, и попыталась высвободиться из его объятий, но в пьяном состоянии он был слишком настойчивым, а я слишком податливой. Потом я почувствовала на своих губах теплое дыхание со сладким запахом ликера, а прикосновения стали более чувственными. Меня почему-то совершенно ничего не смущало, было плевать, что кто-то увидит нас в подобном виде, хотелось только, чтобы Руди никуда не уходил, по крайней мере, в тот миг. Да и почему бы и нет, если через несколько лет я все равно буду принадлежать ему? Смутно помню, как мы оказались в моей комнате, там было темно и жарко, а Руди уже не отпускал меня от себя ни на миг. Каждую минуту я проваливалась в сладкое забытье, после чего обнаруживала себя сначала без одежды, затем под ним, а он никак не мог оторваться от моих губ. За ту ночь я получила от него столько ласк, сколько он не подарил мне за все последующие ночи нашей семейной жизни. И самым забавным было то, как среди ночи нас разбудила моя одноклассница Алекто Керроу, которая, наконец, добралась до спальни. А Руди лишь накрыл меня одеялом, пододвинул ближе к себе и тут же снова заснул, нисколько не беспокоясь о том, что минуту назад нас разоблачили. Хотя, что в этом такого, ведь мы были женихом и невестой, и это не было ни для кого секретом? И все-таки на такой безумный поступок был способен только Рудольфус.

Я встряхнула головой, чтобы отогнать от себя нахлынувшие воспоминания, и тихонько открыла двери, что вели в прихожую Малфой-Менора. Повесив плащ и сняв туфли, я высушила волосы одним взмахом волшебной палочки и тихонько прошла в темноту холла. Нужно было найти Нарциссу, сказать ей, что я хочу уйти. Конечно же, она поймет меня, ведь она не раз мне говорила, что я должна помириться с Руди. Осталось лишь сказать ей, что я соберу вещи, и сегодня вечером уже уйду… домой. Да, наверное, все-таки Лестрейндж-Холл мне был настоящим домом.
В гостиной было темно и пусто, а это значило, что Цисси либо у себя в спальне, либо в зимнем саду любуется своими кустами роз. Я взбежала по лестнице на второй этаж и быстрыми шагами направилась в сторону ее комнаты, желая поскорей сообщить ей о своем решении. Двери в ее спальню были приоткрыты, и сквозь щель лилась струйка желтого света, освещавшая темный коридор. Возле входа я сначала почему-то замешкала и остановилась, затем тихонько приотворила двери и заглянула вовнутрь. Я услышала приглушенные голоса и увидела то, чего, наверное, не должен был видеть никто.
- Как он? – прошептала Нарцисса. – Я утром слышала от Снейпа, что самое страшное позади, что он должен обязательно поправиться…
- Конечно, милая, он поправится, я в этом уверен, - произнес Рабастан. Он встал с кровати, подошел к Цисси сзади и обнял ее за плечи. Она на секунду вздрогнула, но не отступила, а лишь положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Раба казался очень бледным, под глазами залегли темные круги, и вид у него был очень уставшим.
- Ты так переживаешь… - прошептала Нарцисса и, повернувшись к нему лицом, поцеловала в щеку, и этот поцелуй явно не был дружеским. Да и то, что на Цисси была надета легкая рубашка, а Рабастан и вовсе был с оголенным торсом, говорило, что вряд ли они здесь просто беседовали о Рудольфусе.
- Все будет хорошо, - сказал Раба, пытаясь придать голосу как можно больше оптимизма.
- Я тебя понимаю, - Нарцисса снова положила голову ему на плечо и обняла тонкими руками за пояс. – Если бы с Беллой случилось что-то подобное, я, наверное, чувствовала бы себя так же.
В ответ Рабастан широко улыбнулся.
- С ней уж точно ничего не случится, - сказал он. – Скорее вымрут все авроры, чем Беллу кто-то ранит.
Поняв, что я не только нагло подглядываю за парочкой, а еще и подслушиваю разговор, касающийся меня, я решительно сделала шаг вперед и отворила дверь шире, чтобы разоблаченные любовники смогли увидеть, что их застали. Цисси тут же резко отпрянула от Рабастана, он же, оставаясь неподвижным, спокойно посмотрел на меня.
- Интересно, а вымрут ли авроры? – произнесла я таким тоном, словно спрашивала «Который час?».
- Я… - начала было Цисси, но я уже продолжала:
- Интересно, а что было бы, если бы в комнату вошла не я, а Люциус?
Сама того не желая, я говорила несколько язвительно, и это не ускользнуло от На

Форма входа



Календарь

«  Май 2021  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

Мини-чат

200

Статистика