Четверг, 2021-05-13, 00.17
Приветствую Вас Бродяга | RSS

ХС-2, Глава 9-11


Глава 9. Тихий омут.




«Летели дни, крутясь проклятым роем...
Вино и страсть терзали жизнь мою...
И вспомнил я тебя пред аналоем,
И звал тебя, как молодость свою...»

(А. Блок, «О подвигах, о доблестях, о славе»)

Поначалу казалось, что время остановило свой ход и назло мне не желает идти вперед, а каждое движение секундной стрелки совершается в несколько раз медленнее, чтобы дать мне сполна почувствовать всю горечь теперешнего положения. Каждый вдох давался мне неимоверным трудом, а каждое движение происходило как в странном полусне. Иногда возникало нешуточное желание сбежать – как можно дальше, туда, где меня не найдет ни Темный Лорд, ни Рудольфус, ни Нарцисса, ни кто бы то ни был другой. Но мой взгляд тут же падал на левое запястье, и я понимала, что, где бы ни была (не считая, наверное, того света), Волдеморт все равно найдет способ вызвать меня к себе.
Я ждала каждой нашей встречи с мучительной тоской и в тоже время с большим нетерпением. Так хотелось просто увидеть его и почувствовать себя счастливой только от того, что он есть, но как только я смотрела в его глаза, то понимала, что вся моя радость мнима. Он всегда был холоден, строг, предельно вежлив и неумолим. Все должно было быть только так, как он сказал, а те, кто пытались с ним спорить, непременно получали наказание. А способы проучить провинившегося могли быть самыми разнообразными, среди которых Непростительные проклятия считались самыми невинными. Хотя я видела только лишь раз, как один незнакомый мне молодой человек, явно не слизеринец, попал в его немилость. В тот момент я даже не слышала, как Волдеморт произносит заклинание, – несчастного просто на месте разорвало на куски.
- Пускай это будет наукой для остальных, - равнодушно произнес Темный Лорд, поспешив отступить назад от расплывающейся лужи крови, в которой лежали какие-то внутренние органы.
Я тогда стояла рядом с ним и делала все, лишь бы не потерять сознание от омерзения. Насколько я знаю, зал от крови отчищали те, кто был с провинившимся парнем на проваленном задании. После же они шепотом рассказывали, что делали это вручную. Тогда я окончательно убедилась, что Волдеморт – опаснейший волшебник, который не знает жалости и сострадания. И Рудольфус был прав, когда говорил, что Лорду чуждо все человеческое, а я была так глупа, что не поверила ему. Но возвращаться к мужу я не собиралась, ведь это значило показать свою слабость, зависимость от него, и вряд ли бы подобное порадовало Темного Лорда. Я старалась во всем угождать Темному Лорду, чтобы он был доволен мной; возможно, это было из-за того, что я до сих пор чувствовала за собой вину за поступок, совершенный много лет назад. Хотелось хоть немного остудить в нем ту ненависть, которая время от времени вспыхивала в его глазах. Наверное, это были самые ужасные минуты моей жизни – когда стоишь лицом к лицу с самым опасным человеком и никак не можешь ему противостоять. Хотя, признаться, я и не пыталась, ведь главным было доказать ему свою преданность, и плевать, каким способом.
Но если рейды и собрания я выдерживала спокойно, то частные занятия становились для меня настоящим мучением. Было так невыносимо на протяжении нескольких часов в день находиться наедине с Темным Лордом, одновременно боясь его и желая каждой клеточкой тела. Поначалу из-за этого мне было невозможно сосредоточиться, и несколько первых занятий не обошлись без применения Круциатуса, после чего мне приходилось упорно делать вид, что я совершенно нормально себя чувствую. Это было так же трудно, как и сдерживаться от взглядов и как будто бы случайных прикосновений к его руке. Я знала, что это разозлит Лорда еще сильнее, и, возможно, его гневные реплики станут последним, что я услышу в своей жизни. Честно говоря, я совершенно не страшилась смерти, просто у меня все еще оставались глупые и бессмысленные надежды на то, что, возможно, когда-нибудь я вновь буду нужна ему. Пусть не так, как женщина, но хотя бы как верная слуга. Наверное, только это придавало мне сил жить дальше и бороться за свои желания.
Ночами я разучивала сложнейшие заклинания темной магии, днем участвовала в рейдах вместе с остальными Пожирателями Смерти, а по вечерам шла в кабинет Темного Лорда, где мы могли часами отрабатывать одно и тоже, пока я не смогу сделать это идеально. Зачастую, если я делала что-то неправильно, заклинания отражались в меня же, и это было одним из стимулов совершенствовать свои навыки. Почти всегда это были малоизвестные боевые заклинания, довольно тонкие и доступные далеко не всем, и я почему-то была уверена, что вряд ли кто-то кроме меня удостоился чести получить эти знания от самого Темного Лорда. Возможно, это было из-за былого близкого знакомства, а, возможно, из-за того, что он видел во мне какие-то скрытые таланты. Но он ни разу не похвалил меня, казалось, что он никогда не будет доволен моими успехами. Если же я, наконец, оттачивала какое-то заклинание, то Лорд лишь сухо кивал и начинал рассказывать о других премудростях Темных Искусств.


Жизнь постепенно входила в новое русло, а я пыталась создать хотя бы видимость повседневности. Было так трудно привыкнуть ко всем переменам, учиться жить по-новому – без Рудольфуса, с равнодушием и холодностью Темного Лорда. Я до сих пор не могла поверить, что он находится рядом, а я не могу поговорить с ним, прикоснуться к нему, заглянуть в его глаза. Поначалу я пыталась как-то сдерживать свои чувства, пыталась собрать все свои силы, чтобы жить прежней жизнью, но в какой-то миг отчаялась быть сильной и независимой. Наверное, я просто от всего устала и больше не могла притворяться. И зачем, если Темный Лорд и так обо всем знает?
Тем временем, с каждым днем становилось все холоднее и холоднее, все реже появлялись лучи солнца, вместо которых за окном теперь царствовали ветра и дожди. Каждую ночь мне приходилось засыпать под шум ливня и каждое утро, глядя в окно, видеть низкое серое небо. Я уже настолько привыкла к этим сырым и холодным дням, что не обращала на них внимания, хотя порой казалось, что если бы хоть на мгновение появилось солнце, то мне было бы легче пережить еще один день. Хотя под конец октября у меня появилось столько дел и обязанностей, что у меня больше не было времени задумываться о своих переживаниях (не считая, конечно, встреч с Темным Лордом).
Почти каждый день приходилось выходить на рейды, которые заключались или в обычном разгроме маггловских районов, или в неожиданном нападении на группы авроров, поставивших себе цель помешать планам Темного Лорда. Немного реже Волдеморт отдавал распоряжения, связанные с Орденом Феникса. В такие дни приходилось работать не покладая рук, так как это была третья сила в войне, которая боролась с нами независимо от Министерства Магии. Само же Министерство с каждым днем все больше и больше слабело, ведь большинство самых влиятельных людей поддерживали Темного Лорда. Министр Магии Нобби Лич должен был вот-вот подать в отставку – много кто считал, что он не в силах справляться со своими обязанностями и в какой-то степени война – это его вина. Нам же были выгодны как уход Министра, так и господствовавшее среди волшебников мнение, что напряженная обстановка в стране – вина неорганизованности теперешней власти. Часть волшебного сообщества поддерживала Темного Лорда, другая часть боялась и была готова жить по новым законам, лишь бы только их семьи были в безопасности. В последнее, конечно же, мало кто верил, так как не было ни одного дня, когда бы над одним из домов Великобритании не возникала Черная Метка. Но при этом у Темного Лорда появлялось все больше и больше сторонников, и не только в Великобритании.
Как мне стало известно, Долохов отслеживал ситуацию в России и имел немалую долю влияния на тамошние власти – говорили, что у себя на родине он пользовался немалым уважением. Также я только недавно узнала, что Рабастан, родной брат моего мужа, не путешествует по Европе, как я считала прежде, а налаживает связи с французскими волшебниками. А однажды на собрании появился болгарский волшебник по имени Игорь Каркаров, который, видимо, на родине был очень влиятельной персоной. Когда все стали расходиться, он еще долгое время беседовал с Темным Лордом о Болгарии и Великобритании и о том, что эти страны на данный момент сотрудничают наиболее тесно.
А еще в последнее время у меня образовалась тесная и регулярная переписка с моим младшим кузеном Регулусом. Летом он закончил Хогвартс и теперь усиленно «искал себя в жизни». Видимо, он подозревал, что я имею отношение к Пожирателям Смерти, и теперь искал любой способ узнать о них как можно больше. Я, конечно же, старалась поменьше распространяться о деятельности Темного Ордена, но все же Регулус упросил меня похлопотать за него. Хотя в основном ничего делать мне не пришлось – ведь Блеки всегда пользовались уважением в магическом обществе, а Темный Лорд, как мне показалось, был рад принять в свои ряды еще одного чистокровного волшебника. Теперь Регулус получал задания от Лорда и действовал под моим командованием, так как в последнее время я довольно часто стала руководить боевыми группами. Однажды, когда мой двоюродный братец особо успешно уничтожил члена Ордена Феникса, Темный Лорд отметил, что до получения Метки Регулусу осталось совсем немного.

В середине октября у меня появился новый повод для волнения – Рудольфус куда-то исчез. Поначалу, не увидев его в зале собраний, я посчитала, что он был просто не в состоянии туда прийти, ведь, судя по нашей последней встрече, у Руди сейчас был не самый лучший период в жизни. Через несколько дней после своего первого задания у Темного Лорда я все-таки решилась отправиться в Лестрейндж-Холл, чтобы забрать кое-что из своих вещей. Нарцисса, конечно, пыталась меня от этого отговорить и послать своего домашнего эльфа, но что-то заставило меня появиться там лично. Когда я переступила порог своего дома, мне тут же показалось, что я нахожусь в совершенно чужом мне месте. Там было темно и холодно, в камине одиноко лежало несколько застывших углей, что тут же наводило на мысль, что после моего ухода этот очаг никто не разжигал. Окна были закупорены, и в помещении стоял неприятный затхлый запах грязной одежды, пыли и огневиски. Не успела я задуматься, откуда возник такой букет ароматов, как мой взгляд упал на диван перед камином. Там сидел Рудольфус, держа в руках полупустую бутылку огневиски, и смотрел на меня пьяным взглядом, полным боли и обожания. И почему-то мне вдруг от этого стало еще холоднее, чувство одиночества нахлынуло с новой силой. Так хотелось подойти к нему, забрать эту проклятую бутылку, обнять, сказать, что все будет хорошо и что я никуда не уйду. Я было сделала шаг в сторону мужа, как в сознании тут же возникло лицо Тома, вспомнился тот мнимый поцелуй… Отвернувшись от Рудольфуса, я зашагала в свою комнату. А весь оставшийся день, находясь в Малфой-Меноре, я я отчаянно старалась сдержать слезы.
А потом я и вовсе перестала видеть Рудольфуса. Поначалу я думала, что он не появляется на собраниях из-за запоя, но он не стал являться и на рейды. Со временем я стала переживать, хоть и никак не хотела этого признавать. Мне не хотелось думать о Рудольфусе, а тем более о том, что с ним могло что-то случиться, но с каждым часом эти мысли овладевали мною все сильнее и сильнее. Также я не могла не замечать, что с того момента, как пропал Руди, настроение Темного Лорда значительно улучшилось. Несмотря на всю свою строгость, он несколько раз похвалил меня на занятиях, а когда Розье упустил свою жертву, за которой наблюдал несколько недель, Волдеморт даже не стал его наказывать, просто приказав убраться с его глаз. Лорд что-то задумал – все это поняли и поэтому казались еще более настороженными.
Мне же почти все время приходилось проводить в Логове (так прозвали свой штаб Пожиратели Смерти), и я каждую минуту вздрагивала от любого шороха, надеясь, что покажется Рудольфус – живой и невредимый. Но этого не происходило. Порой я даже начинала думать, что в этом замешан Темный Лорд, ведь ему ничего не стоило убить моего мужа, тем более я знала, что Волдеморт как минимум испытывает к нему неприязнь. Но вот только что такого мог сделать Рудольфус, чтобы навлечь на себя такой гнев Темного Лорда?
Я старалась отбросить эти мысли, хоть это и было так трудно. И все равно в какой-то момент Люциус не смог не отметить, что со мной что-то происходит, и он явно начал догадываться о причинах моего волнения.
- Тебе не стоит так переживать, Белла, это тебе только помешает, - полушепотом сказал он, поймав меня перед одним из рейдов.
Я лишь вопросительно посмотрела на Малфоя, не в силах произнести ни слова.
- У тебя на лице написано, что ты думаешь о Руди, - пожал плечами Люциус.
- Да что ты такое говоришь, Люц, я…
- Белла, не нужно притворяться, я ведь тебя знаю, - произнес Люциус. – С Руди все в порядке, он на задании Лорда.
На миг мое сердце перестало биться, дыхание участилось.
- Где? – одними губами прошептала я.
- Я не знаю, - кажется, Люциус действительно говорил правду. – Слышал только, что это очень важно. И не знаю, когда он вернется…
Слова Малфоя, конечно же, в какой-то степени успокоили меня, но не полностью. Конечно, хотелось верить, что с Рудольфусом ничего не случилось, но тревога никак не желала проходить. А что, если Лорд отправил его на верную смерть? Или вдруг Руди разоблачат авроры?
Но внутренний голос тут же осекал мои глупые мысли, напоминая, что Рудольфуса для меня больше не должно существовать. Он предал меня, а значит…
В тот вечер я вернулась в Малфой-Менор раньше, чем обычно, так как была слишком уставшей и не годилась даже для самого простого урока с Темным Лордом. Меня, конечно, удивило то, что он не разгневался моей рассеянности, а просто перенес занятие на следующий день. В какой-то степени меня это расстроило, ведь я могла бы несколько часов пробыть наедине с ним.
Аппарировав на крыльцо Малфой-Менора, я тут же поспешила скрыться в доме, чтобы не попасть под холодные капли дождя. В холле, как всегда, было тепло, полутемно и пахло лилиями (Нарцисса всегда любила эти цветы и украшала ими дом). Вот только теперь привычную тишину старого дома нарушали необыкновенные звуки фортепиано – нежные и печальные, словно кто-то плакал, и эти звуки исходили из его сердца. Скорее всего, так и было. На какой-то миг я замерла – так была поражена этой музыкой, ведь прежде я не слышала ничего прекраснее этих звуков. Но откуда они?..
Стараясь двигаться бесшумно, я на вошла в гостиную и увидела Нарциссу, сидящую за белым роялем. Сказать, что я была поражена, – значит не сказать ничего. Я, конечно, помню, как в детстве Нарцисса брала уроки музыки, как это подобает любой благородной леди, но чтобы она могла вот так вот играть…
Я стояла в темном углу около двери и смотрела куда-то в пустоту, слушая нежные звуки. В голове почему-то тут же хороводом пронеслось множество воспоминаний, стало так грустно, но в тоже время тепло и приятно. Кажется, это называется «сладкой грустью»? Почему-то захотелось жить дальше, чувствовать себя счастливой и бороться за это счастье. Возможно, когда-нибудь у меня все-таки появится шанс все наладить? Но вот только что? Я сама не знала, чего хотела, – возвращения Рудольфуса или прояснения отношений с Томом. Ведь первый был рядом со мной столько лет, а о встрече со вторым я мечтала на протяжении всего этого времени…
И вдруг музыка резко оборвалась. Я тут же повернула голову в сторону Нарциссы – она смотрела на меня таким взглядом, словно только что совершила что-то постыдное и запрещенное. А я лишь улыбнулась и направилась к сестре.
- Нечего смущаться, это было великолепно, - произнесла я.
- Я… - Цисси покраснела и смущенно отвела взгляд. – Прости… Я просто увлеклась…
Она поспешила встать со скамьи, но у нее тут же выпал клочок пергамента, который медленно лег к моим ногам. Цисси кинулась к нему, но я оказалась проворнее, схватив листок. Он был исписан мелким небрежным почерком, и он показался мне смутно знакомым. И прежде чем Нарцисса выхватила у меня записку, я успела прочитать несколько последних слов «С любовью, Р.Л.».
Цисси поспешила спрятать пергамент, я же ошарашенно посмотрела на сестру, не в состоянии произнести и слова. Кажется, я только что держала в руках любовное послание, адресованное моей сестре! И, судя по тому, как Цисси покраснела, я была уверена, что она долгое время это скрывала, а сейчас была попалась с поличным.
- От кого это, Цисси? – тихо спросила я, не менее шокированная, чем моя сестра.
- Это… Какая тебе разница, Белла? – голос Нарциссы звучал непривычно резко.
- Просто… - я осеклась. Действительно, разве это мое дело? Но ведь я думала, что знаю о Нарциссе все, а оказалось…
Прежде я считала ее тихоней, правильной и послушной девочкой, а выяснилось, что это была очередная маска. Получается, что у нее есть любовник, а ведь я считала Нарциссу и Люциуса примером идеальной семейной пары. И кто такой этот таинственный Р.Л.? Инициалы моего мужа…
Но нет, это не может быть Рудольфус! Ни он, ни она не способны на такую подлость. Да и почерк в письме совершенно не принадлежал моему мужу… Но кто же тогда?..
- Прости, Белла, я хочу немного отдохнуть, - голос Нарциссы вывел меня из раздумий.
Она улыбнулась мне, как ни в чем не бывало, и пошла в сторону лестницы. Я же осталась стоять посреди гостиной, все еще удивленно смотря вслед сестре.


Глава 10. Осколки прошлого.

"Осколки прошлого, как снег,
Закрутит ураган времён,
В ушедший день для нас навек..."
(Эпидемия "Осколки прошлого")



Даже не знаю, почему я в последнее время так часто стала возвращаться мыслями в тот день. Возможно, потому что он был одним из самых ярких в моей жизни, а, возможно, потому что сейчас он стал своеобразным символом моего прошлого, которого уже не вернуть.
Тогда был ясный сентябрьский день, теплый и солнечный. Лето еще не успело закончить свое властвование, а осень вступить в свои права. Я искренне радовалась ароматному ветру с моря, запаху хризантем и чистому небу над головой. Хоть я и понимала, что это мой последний день пребывания в родном доме, это меня нисколько не печалило. Признаться, я терпеть не могла ни большой каменный особняк, который всегда казался таким холодным, ни отвесные голые скалы, возвышавшиеся над морем, ни бесконечные ветра, гулявшие по окрестностям. Но в то же время я и не стремилась перебраться в Йоркшир, в Лестрейндж-Холл, хоть и знала, что это неизбежно. Наверное, в тот день я не испытывала ничего, кроме любопытства и легкого восторга, ведь никогда прежде мне не уделялось столько внимания, а родительский дом не выглядел так приветливо. Абсолютно все было украшено белыми цветами, гирляндами и волшебными статуэтками ангелов, из гостиной доносилась легкая музыка, из кухни необыкновенно пахло выпечкой. По дому носилась Нарцисса, радостно напевая какие-то песенки и придираясь ко всему, что видела, пытаясь сделать все идеальным. Хотя все же больше времени она проводила в моей комнате, разглаживая мое платье, расчесывая волосы и украшая их цветами. Она категорически не позволяла эльфам ко мне приближаться, считая, что сама лучше справится с моей подготовкой. И, признаться, так и было, потому что когда я заглянула в зеркало, то увидела совершенно незнакомую мне девушку, необыкновенно красивую и необычную. Что бы там ни было, но вкус у Цисси был отменный – именно она выбирала мне белоснежное шелковое платье, неброское, но изящное колье, серьги в тон ему, небольшую диадему.
Вдоволь налюбовавшись собой, я стала смотреть в окно, наблюдая, как с каждой минутой прибывает все больше и больше гостей, и Друэлла, стоящая у порога, приветствует их и принимает поздравления. Я ни капли не удивилась, когда увидела, как в нашем парке появился сам Министр Магии, ведь на этой свадьбе должен был собраться весь высший свет Волшебной Британии. Хотя это совершенно не вызывало у меня восторга, ведь сейчас здесь были все, кроме двух самых дорогих мне людей – моей старшей сестры и того, кого я всегда тайно мечтала видеть на месте Рудольфуса. И если у меня была смутная надежда увидеть Андромеду, то Том здесь не появился бы никогда. Но первое мое желание все-таки сбылось.
Когда прибыл Руди и когда я вышла в холл под руку с отцом, опиравшимся на трость, то разглядела среди гостей молодую женщину, необычайно похожую на меня внешне и так отличавшуюся от меня манерами. Она стояла в дальнем углу, накрыв голову платком, и смотрела на меня. Наверное, она пришла одной из последних, так как будь она замеченной кем-то из моей родни, то ее непременно бы не пустили на церемонию. Ведь после побега с магглорожденным парнем Андромеду стали считать осквернительницей рода и отреклись от нее навсегда. Пускай когда-то у нас с Меди были прохладные отношения, но в какой-то момент она доказала мне, что способна понять меня, как никто другой. А потому вдруг раз – и она исчезла из моей жизни, словно ее никогда прежде и не было. В моей семье было не принято вспоминать об этом скандале и позоре, но, тем не менее, я не могла не скучать по сестре, хоть и никогда не показывала этого. В день своей свадьбы я же видела ее в последний раз.
После того, как я оказалась в холле, ко мне тут же подошел Руди, красивый и счастливый, как никогда. А мне ничего не стоило сыграть роль счастливой невесты, ведь наполовину так и было. Какая девушка не грезит о красивой и светлой свадьбе? Наверное, у меня она была такой, о какой остальные только могли мечтать – море цветов, света, людей, красивый и любящий жених, брак, одобренный родителями. И только когда Руди вел меня к алтарю, мне вдруг так захотелось убежать подальше от него, от родственников, гостей, чтобы просто забыться, исчезнуть. Из глаз брызнули слезы, и я не могла их сдержать, а все думали, что я плачу от счастья. Наверное, только Рудольфус понимал, что я чувствую на самом деле, и сжал мою ладонь в своей, чтобы хоть как-то выразить свою поддержку.
И лишь тогда, когда я выдавила из себя слово «да», а на пальце появилось старинное кольцо с гербом рода Лестрейнджей, мои слезы прекратились. Возможно, из-за того, что дороги назад уже не было, а, может быть, из-за того, что за последние годы терзаний и боли на слезы уже больше не оставалось сил. А Рудольфус лишь улыбнулся самой счастливой улыбкой и крепко прижал меня к себе, целуя в губы, - на глазах у всех присутствующих.

… И вдруг я почувствовала резкий толчок в грудь, секундную головную боль; я не смогла удержаться на ногах и упала на спину, не успев схватиться за какой-нибудь предмет мебели.
- Сколько можно приказывать тебе сосредоточиться, Беллатрикс? - если бы я не услышала гневный голос Темного Лорда, то непременно потеряла бы сознание.
Я хотела что-то сказать, но в горле пересохло, ужасно болела голова, и я смогла издать лишь какой-то хрип. Волдеморт же бесцеремонно подошел ко мне, схватил за руку и поставил на ноги, раздраженно смотря в мое лицо. Его ноздри раздувались от плохо скрываемого гнева, губы сжались в тонкую линию, а глаза, казалось, стали полностью черными.
- Или ты думаешь, что мне нравится смотреть твои сопливые юношеские воспоминания? – прошипел Темный Лорд, продолжая пристально меня рассматривать.
От этого взгляда меня бросало в дрожь, хотелось бежать как можно дальше и в то же время быть здесь, делать все, что он прикажет, повиноваться каждому его слову. И ведь так хотелось, чтобы этот гнев в его глазах исчез, чтобы на губах появилась едва заметная, но теплая улыбка, а в глазах – хоть что-то, кроме ненависти и гнева. Каждый раз, когда мы с ним оставались наедине, во мне не умирала призрачная надежда на то, что так и произойдет. Но он лишь отворачивался, глубоко вдыхал, закатывал рукава рубашки и снова доставал волшебную палочку, пытаясь проникнуть в мой мозг. А я должна была защититься от этого, поставить блок, но на данный момент это казалось мне невозможным. Приходилось лишь слушать упреки учителя и молча надеяться, что в следующий раз мое сознание не покажет ему то, что я так упорно пытаюсь скрыть каждый раз, когда мы остаемся вдвоем.
- Неужели так сложно просто-напросто отгородиться от всего, что у тебя накопилось в голове, и хоть минуту пожить без этих чертовых эмоций? Кажется, я ошибся, когда посчитал тебя сильной, - произнес Темной Лорд, но я чувствовала, как гнев в его голосе постепенно меняется на привычную холодность.
- Я постараюсь, Милорд, - прошептала я, надеясь, что все еще в состоянии хотя бы попытаться поставить блок, хотя моя внезапная головная боль не придавала мне уверенности.
- Отлично, - Темный Лорд тут же выхватил свою волшебную палочку и направил ее на меня. – Легилименс!

Я почувствовала странное ощущение в голове, непонятную тяжесть, а перед глазами вновь стали проноситься воспоминания – такие яркие, словно все это происходило на самом деле.
В камине тихо потрескивали дрова, где-то далеко слышались отзвуки раскатов грома, будто это происходило за пределами реальности, ведь подземелья Слизерина находились очень глубоко, под озером, и о царившей на улице погоде можно было только догадываться. Но меня это ни капли не волновало, я лишь прижималась к Тому, укутавшись в теплый плед. Он, как обычно, листал какую-то толстую книгу, а я витала где-то в облаках. Было так тепло, так хорошо, что не хотелось лишний раз делать вдох, хотелось лишь находиться рядом с ним и ощущать его дыхание, биение сердца. И вдруг я почувствовала, как ко мне на колени с разбега прыгнул здоровенный серый кот кого-то из моих одноклассниц и тут же свернулся калачиком, принявшись негромко урчать. Том отвлекся от чтения и посмотрел на кота, а потом на меня. Я не смогла сдержать улыбку, а он просто легонько коснулся моих губ.
- Знаешь, Том… - прошептала я, переведя взгляд на огонь. – Наверное, я люблю тебя…
Он лишь усмехнулся и приблизил мое лицо к себе.
- Моя Беллс, - прошептал он. – Знаешь, наверное, я тоже…
Прежде я почему-то считала, что слова любви говорить страшно, а оказалось, что это даже приятно, ведь я могла говорить это Тому каждую минуту, секунду.
А потом он целовал меня, долго, жадно, настойчиво, но бережно и нежно, как будто бы боясь, что все может исчезнуть…

И вдруг все прекратилось. Я снова упала на спину с неимоверной головной болью. Через миг передо мной возник Темный Лорд, и его лицо пылало такой яростью, какой я не видела еще никогда. Казалось, что он готов наброситься на меня и убить голыми руками, не применяя магии. Я сжалась, ожидая бури.
- Да как ты смеешь?.. – прошептал он – от ярости Волдеморт не мог говорить громче. – Что ты делаешь?
- Я… Простите, Милорд, я не хотела, это было… Пожалуйста… Не…
Мой голос срывался, на глаза навернулись слезы. Я втянула голову в плечи, зная, что сейчас наступит один из самых неприятных моментов в моей жизни, но ничего не могла изменить.
- Ты еще просишь прощения?.. Какая же ты жалкая, Беллатрикс! – выплюнул Темный Лорд, выпрямившись. К моему удивлению, он широкими шагами прошел в другой конец кабинета, и теперь его лицо скрывала тень. Я поспешила поскорее встать, хоть ноги и отказывались меня слушаться. По щекам все с большей силой текли слезы, руки тряслись, а я все стояла, опустив голову, как провинившаяся старшеклассница, и ожидала его действий.
- Почему, Белла? - наконец произнес он, тем самым нарушив затянувшееся напряженное молчание.
Я подняла голову и посмотрела на него, но не смогла разглядеть выражения его лица. А ведь так захотелось броситься к нему, взять за плечи, хорошенько встряхнуть и сказать: «Это я, твоя Беллс, хватит притворяться, Том, что ты с собой сделал, я ведь всегда знала тебя другим, очнись!». Ведь почему-то в глубине души я продолжала верить, что рано или поздно снова увижу в нем Тома Риддла.
- Это вышло случайно, Милорд, - сделав глубокий вдох, произнесла я. – Я обещаю, что больше такого не повторится.
В ответ он издал то ли смешок, то ли вздох.
- Ты обещаешь, Белла? И ты умеешь держать обещания?
Я снова потупилась. Как же я могла не подумать, что он будет упрекать меня этим в этом до конца жизни? Ведь от этого еще больнее жить…
- Милорд, я… - не думая, что делаю, я шагнула навстречу Темному Лорду, совершенно не зная, что же ему сказать. Знала лишь то, что хотела посмотреть в его лицо, попытаться понять, что же происходит на самом деле.
Он стоял неподвижно, пристально наблюдая за моими движениями. Мне хотелось прикоснуться к нему, но что-то подсказывало, что Лорд не даст этого сделать. Поэтому пришлось просто стать напротив него, превозмогая дрожь и слабость.
- Что ты хочешь? – спросил он. Только теперь в его шепоте не было ни гнева, ни раздражения.
- Я… просто…
Я сделала еще один шаг вперед и почти вплотную приблизилась к Темному Лорду. Он поначалу пытался отступать, но вскоре уперся спиной в стену и замер. Я была удивлена, что он не отстранился и ничего не сказал.
- Просто не шевелись, и все, - прошептала я, лаская дыханием его шею. – Закрой глаза…
Я почувствовала едва уловимое движение его ресниц, легонько коснулась губами его щеки, губ, положила руки ему на плечи. Он стоял неподвижно, лишь изредка вдыхая воздух.
- Так лучше? – прошептала я ему на ухо.
Он ничего не ответил, а лишь положил руки мне на талию. Я снова вернулась к его губам и…
Двери кабинета с шумом отворились, и на пороге возник Руди.
- Милорд, великаны…
Я мгновенно отпрянула от Темного Лорда и посмотрела на мужа. Тот растерянно переводил взгляд с меня на Волдеморта, и у меня было лишь одно желание – чтобы он не видел ничего из того, что здесь происходило. Тем временем я смогла лучше разглядеть мужа. Таким Рудольфуса я не видела прежде никогда: мантия порвана, испачкана грязью и кровью, волосы растрепаны, лицо побледнело и исхудало, на щеке виднелась плохо залеченная царапина.
Темны й Лорд мгновенно взял себя в руки, а потом жестом приказал Рудольфусу остаться и повернулся ко мне. В его взгляде вновь появилось презрение и холодность, и от этого мне снова стало страшно.
- Можешь идти, Белла, на сегодня урок окончен. Когда будешь нужна мне, я тебя вызову, - ровно произнес он.
- Но…
- Я приказал тебе убраться, Беллатрикс! – теперь он повысил голос и указал пальцем на дверь.
Мне ничего не оставалось, кроме как поспешить к выходу. А ведь если бы не Рудольфус, то все могло бы сложиться по-другому!..


Глава 11. Рабастан.





Я постучусь в твой сон,
Где ты всегда свободен.
Не слышен ветра стон
Средь радужных мелодий.

Там посмотрю в глаза
И утону в объятьях,
Там буду танцевать
В словесно сшитых платьях.

Я приплыву к тебе
На волнах ласк безбрежных.
Подаришь мне колье
Из поцелуев нежных.

Дыханьем обожжёшь
И трепетать заставишь,
И больше не уйдёшь,
С рассветом не растаешь.

Я постучусь в твой сон,
Я постучусь нежданно.
И будет сказкой он
Красивой и печальной.
(Авто - Иволга "Я постучусь в твой сон")



Сквозь сон я услышала какой-то шорох и резко села в постели, принявшись осматриваться. В комнате царила кромешная тьма, и, как бы я ни хотела, все равно ничего не смогла бы разглядеть. Но в то же время у меня появилось непонятное ощущение чьего-то присутствия. Наверное, это было очень глупо – вряд ли Нарцисса или Люциус решили посмотреть , как я сплю, а их домовой эльф хорошо усвоил, что я не люблю, когда убирают в спальне в моем присутствии. Привстав в постели, я потянулась к тумбочке, пытаясь нащупать волшебную палочку, но, к моему удивлению, ее там не оказалось. Тем временем снова послышался шорох, и мне стало не по себе. Не хватало еще попасть в переделку в собственной спальне посреди ночи.
- Кто здесь? – спросила я ровным голосом, удивляясь, что все еще могу скрывать овладевший мною страх.
И вдруг я почувствовала легкое прикосновение к своей руке, потом теплое дыхание на шее. Я хотела было закричать, как вдруг мне кто-то быстро зажал рукой рот.
- Тише, Беллс, мне бы не хотелось, чтобы от твоего крика кто-то проснулся…
У меня по коже пробежали мурашки, закружилась голова, показалось, что я нахожусь где-то в параллельной реальности.
- Милорд? – прохрипела я. – Но что вы здесь делаете? Почему вы не позвали меня?..
Глаза постепенно начинали привыкать к темноте, и теперь я могла различить силуэт человека, сидевшего рядом со мной на кровати.
- В этом не было надобности, - прошептал мне на ухо Темный Лорд, несильно сжимая мои запястья.
Мне стало не по себе, захотелось включить свет, возможно, даже позвать кого-то, но я не могла даже пошевелиться.
- Что произошло? Почему вы здесь? – в моем голосе звучала неподдельная паника, и я не пыталась ее скрыть – это было невозможно, все равно Темный Лорд уже почувствовал, что я напугана. Оставалось только надеяться, что это его не разгневает. Но вместо того, чтобы отпустить какое-то замечание, он лишь приблизился ко мне вплотную, и я окончательно потеряла способность мыслить.
- Ну почему ты всегда так много говоришь, Беллс? – прошептал он, касаясь губами моих щек.
Он нежно взял в руки мое лицо и принялся покрывать легкими поцелуями веки, губы, шею. А я, не в силах сопротивляться, неподвижно сидела на месте, все еще не в состоянии поверить в происходящее. Его прикосновения пьянили, заставляли вспомнить самые лучшие моменты моей жизни, и уже через несколько мгновений я положила руки ему на плечи и ответила на поцелуй, сама не понимая, что делаю. Ведь он сейчас снова оттолкнет меня, и что дальше? Будет еще больнее, я не смогу жить даже так, как жила до этого момента.
- Я просто больше не могу так, Беллс, - прошептал мне на ухо Темный Лорд. – Не хочу больше скрывать то, что есть на самом деле. Ты сводишь меня с ума…
- Том? – тихо произнесла я, удивленно глядя на него, словно увидела впервые за тринадцать лет разлуки.
В ответ он лишь улыбнулся и снова потянулся к моим губам. На этот раз я ответила сразу же, вложив в поцелуй столько чувств, сколько только могла. Так хотелось быть как можно ближе к нему, чувствовать на себе его руки, поддаваться плену его губ… Вскоре я поняла, что он освободил меня от ночной рубашки, и теперь его руки блуждают по моему телу, лаская спину, талию; я же, не прекращая целовать Тома, стала стягивать с него мантию. В помещении стало невыносимо жарко, на лбу выступили капли пота, и мне так хотелось Тома, как никогда прежде. Он шептал мне на ухо какие-то слова, в смысл которых я не очень-то и вникала, чувствуя только, как он ласкает мою грудь…
И вдруг я услышала грохот и… открыла глаза. Я лежала в своей комнате в Малфой-Меноре и смотрела на открывшееся от сквозняка окно. От проникавшего в комнату ветра мое тело тут же пронзила дрожь, хотя на лбу все еще ощущались капельки пота. Шторы развевались от резких порывов, а в комнату лился тусклый свет пасмурного дня. Было видно, что над поместьем нависли тяжелые тучи, готовые вот-вот обрушиться на землю дождем, а, может быть, и снегом. Все еще не понимая, что же происходит, я встала с кровати и, ступая босыми ступнями по мягкому ковру, прошла к окну, чтобы закрыть его – не хватало только мне снова простудиться. Потом я снова села на кровать, прижав к себе подушку, и погрузилась в раздумья.
Значит, это все мне всего лишь приснилось. А ведь выглядело все так реалистично, казалось, что я до сих пор чувствовала на своем теле его прикосновения. Хотя, ведь ничего подобного наяву произойти и не могло бы, он бы никогда не пришел ко мне. Это слишком смелые и глупые мечты, которые могут воплощаться только во снах. Все-таки, неудивительно, что мне приснилось подобное после того, что произошло вчера вечером в его кабинете, вернее, того, что могло бы произойти. Хотя потом, вернувшись в Малфой-Менор, я долго думала о своем поступке и никак не могла понять, почему Темный Лорд не остановил меня сразу. Но, в любом случае, я позже пришла к выводу, что если бы не появился Рудольфус, то мне пришлось бы несладко – вряд ли Темный Лорд стал бы терпеть мое поведение и дальше. А теперь я даже не представляла, что будет, когда я вновь появлюсь в Логове или же у него на уроке. Не думаю, что Волдеморт так просто оставит вчерашний вечер. Возможно, накажет меня, возможно, прекратит занятия (что будет хуже любого наказания), а о более суровых мерах мне думать не хотелось. Поначалу я д

Форма входа



Календарь

«  Май 2021  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

Мини-чат

200

Статистика